Вычислитель


Иногда российский кинематограф снимает фантастику. И, как ни крути, лучше бы снимали только фантастику, лишь иногда размениваясь на драму и комедию. Потому что это тот самый жанр, в котором плохие спецэффекты и глупый сценарий делают фильм только забавней.

Завязка фильма «Вычислитель» проста. На далекой планете будущего десять человек выкидывают из футуристического города в пустыню полную опасностей (местный аналог смертной казни). Им выдают немного запасов и инструментов для выживания. Офисный планктон, дед, пара безмозглых баб, уголовник и «таинственный» умник главный герой. После неуклюжей сцены торговли за припасы уголовник прихватывает весь планктон к себе в команду. А нашему небритому актеру остается только ящик и первая попавшаяся женщина.

Далее события больше всего напоминает light версию фильма про Риддика. Путешествие по пустыне и закадровый голос. Главный персонаж — «таинственный» мужчина, кажется совсем неправдоподобным. Все в нем — от голоса до движений — заставляет видеть грустного актера, а не важного персонажа. Глупые заметки подручной о любви подливают масла в огонь. Разбавляет это уныние только встреча с местной фауной.


И так пройдет весь фильм. Никакой фантастики — мы даже город этот толком не увидим, не считая стен и пары темных будок. Антиутопия без антиутопии. Только пустыня, только щупальца из песка и пара людей, которые иногда пытаются разогреть какую-нибудь драму. На их фоне самым интересным и заметным окажется Винни Джонс, играющий роль второстепенного уголовника. На фоне отсутствия событий редкими вставками развивается история про мир и раскрывается главная интрига — кто же такой этот небритый мужик Вычислитель и зачем все это мы смотрим. Эти главные интриги раскрываются как жужжание комаров — фоновым незначительным неинтересным шумом. Вместо крутого и умного персонажа, который проворачивает умные ходы (а именно такое хочется увидеть услышав название фильма) перед нами предстает зануда, который весь фильм спасает одинокую глупую бабу от местных тараканов.

Как итог — пустыня, серость, пустыня, серая интрига. Разве что финальная речь может запомнится в этом фильме. Но все в пределах нормы, а чувство отторжения, так свойственное российскому кинематографу, не появляется. Обычный второсортный фильм для просмотра на богом забытом телеканале под номером двадцать и далее.